Интервью с историком, известным донецким журналистом, координатором Гражданской инициативы Донбасса Олегом Измайловым – о том, каким он увидел родной Донецк, в который возвратился после подписания минских соглашений.

Каким вы нашли Донецк? Мир установился?

— Минские соглашения принесли горожанам облегчение, но не сразу. Поначалу стрельба продолжалась, несмотря на то, что было объявлено о перемирии и прекращении огня, я в своем Киевском районе (этот район Донецка находится рядом с аэропортом, который продолжает штурмовать ополчение «ДНР» – прим. ред.) преотлично слушал украинскую артиллерию, да и не украинскую тоже. Тем не менее, жители по городу могут ходить сегодня свободно, но не без опаски.

Дончане по-прежнему предпочитают больше сидеть дома, чтобы, не дай бог, не угодить под минометный обстрел, который унес уже столько жизней. Так что улицы и площади Донецка все еще пустынны, на Первой линии в обеденное время в воскресенье, дай бог, чтобы одновременно в одном месте повстречались пять человек. Да и, по правде говоря, делать там нечего, большинство магазинов закрыты (кое-где работают небольшие «квартальные» магазинчики и представители некоторых крупных сетей). Рестораны за исключением нескольких на центральном бульваре Пушкина закрыты. Да и денег у людей сейчас негусто, даже если они есть на карточках, то их практически невозможно получить нигде, кроме Сбербанка, у банкоматов которого выстраиваются сотенные очереди. В такой очереди человек может простоять и три и четыре часа. Транспорт, спасибо городским властям, ходит прекрасно, но полупустой опять же.

Каковы настроения у горожан?

— Трудно сказать определенно, но народ понимает, что прежней жизни в составе единой Украины уже не будет, это, скорее всего, так.

Что касается того, где хотели бы жить, то, думаю, большинство мечтало бы жить в сильном и независимом государстве Донбасс. Что такое Новороссия донбассовцы представляют с трудом, полагая (и не без основания), что это только Луганщина и Донетчина. А в статус автономии в составе РФ уже не верят. Но и вообще, так сложилось исторически, со времен Юза, что наши индустриальные районы стремились к обособленности и самоуправлению.

Мародерство и махновщина наконец-то прекратились?

— Никуда махновщина не делась, другое дело, ее маленько припрятали, чтобы не портить имидж ДНР и ЛНР. Пока есть «батьки махны» (полевые командиры), будет и махновщина.

Но это нормально для революций такого толка, просто иногда иной местности везет, и вместо Нестора Михненко (позывной «Махно») приходит Василий Чапаев — командир типа Стрелкова. Народ был бы не против и социальной революции, отказа от власти не только олигархов, но и всех капиталистов вообще. Частную собственность у нас уважают, но на уровне домашней утвари и машины во дворе, не более.

Беженцы возвращаются?

— Беженцы возвращаются, сейчас по информации донецкого градоначальника (не по должности, а де-факто) Константина Савинова в городе живет 750 тысяч человек, это значит, что тысяч 200 или 250 вернулось в течение последнего месяца, а особенно после первых минских договоренностей.

Насколько сильно разрушен Донбасс? Можно ли его вернуть к жизни? Есть ли у него будущее?

— Потери Донбасса в частном секторе огромны, и непонятно кто будет компенсировать людям потерю жилищ, автомобилей, другого имущества. Это главная проблема, и ее решение даже у благополучной страны потребовало бы не менее двух лет.

Кроме того, существенно повреждена инфраструктура жизнедеятельности Донбасса. Многие месяцами и неделями живут без воды и электричества, газа, в условиях, когда продукты остаются только самые необходимые. Огромные потери у транспорта. Донецк лишился суперсовременного аэропорта, построенного всего два года назад к чемпионату Европы по футболу, разрушены станции и ж/д вокзалы, взорваны несколько десятков автомобильных и ж/д мостов. На их восстановление понадобятся десятки миллионов долларов, а их нет ни в одном из бюджетов. Бизнес же у нас не настолько патриотичен, чтобы включится помогать людям, он будет ждать государственных денег.

Промышленность пострадала незначительно, если не считать несколько затопленных шахт. Основные активы донецких миллиардеров остались за пределами территории, контролируемой АТО. Возможно, именно благодаря тому, что олигархи боялись потерять Мариуполь и Краматорск – с их супердоходными предприятиями, и начались переговоры с ополченцами.

Так что если говорит о нынешнем состоянии экономики Донбасса, то там и восстанавливать особенно нечего, а вот дома, инфраструктура, транспорт – с этим любому государству, которому все эти проблемы достанутся в наследство, придется повозиться.

А как в Донецке сейчас относятся к Ринату Ахметову?

— К Ахметову отношение по большей части негативное – от настороженного до враждебного. Да, он помогал выезжать людям из опасных районов, но симпатий это ему не прибавило. Донбасс традиционно не любит олигархов, а тех, кто сбежали, да еще увез из города любимую команду города, тем более видеть не хочет. Очень многие дончане говорят – все, что угодно, лишь бы не вернулась власть Ахметова и его клана.

Источник: РИА Новости Украина

SaveDonbassPeople
DonbassAgainstNazi

Источник: anna-news.info